Усидел на двух стульях

5 мая 2015

В новой рубрике «Комната правды» журнал «Стольник» вызывает на откровенный разговор бизнесменов города. Экс-вице-премьер Областного правительства, владелец группы компаний BROZEX Вячеслав Брозовский принял вызов.



 

Вячеслав, наверное, нельзя не затронуть эту тему. Ваш уход из политики в 2011 году стал для вас поворотным моментом? Вы пересмотрели свои цели, ценности?

Вячеслав Брозовский: Время в политике было для меня временем открытий. Я пришел в ту среду со своей бизнес-стратегией, идеей, хваткой и, наверное, «бизнесовой» экспрессией. Но мне повезло, вокруг меня были люди, которые понимали подобные вещи. В представлении многих чиновники – это чинуши, люди, обремененные и зажатые властью. Но поработав в этом проекте, понимаешь, что там есть разносторонние личности, просто не все знают, как они раскрываются.

Это плюсы, а из минусов главным для меня было то, что я не мог быть центром принятия решений. В бизнесе сверху стоят только обстоятельства – твои мысли, окружающая среда, технические, финансовые возможности. В политике все по-другому, ты ограничен. Даже первое лицо (прим. ред. – Вячеслав Брозовский занимал пост мэра Березовского с 2004 по 2010 год) не может качнуть 10 млн. в одну или другую сторону.

 

BROZEX– это группа компаний, в которой много подразделений, я даже и не знаю, сколько их на самом деле. Укладываются они в сотню или нет.

 

Разочарования не было, что нельзя повлиять?

В.Б.: Это было главным разочарованием. В своей компании, если я принял решение, как потратить 100 млн., так оно и происходит. А в политике нужно проходить публичные процедуры, подвергаться контролю, отвечать на неудобные и иногда глупые вопросы. Вроде бы принятое решение лежит на поверхности, а силовым органам так не кажется.

 

А эта история, как вы ушли из политики. Вы проводили кандидата от власти и бизнеса на пост мэра Первоуральска, будучи вице-премьером Правительства области. Когда стало известно, что его не выбрали, как писали СМИ, вы чуть ли не ночью написали заявление об увольнении с поста вице-премьера. Многие тогда говорили, что с такого поста никто никогда так не уходил. Это была обида на народ, что не оценил усилий?

В.Б.: Как раз один из выводов, который я тогда сделал, – на народ глупо обижаться. Если ты не смог донести свою идею через доступные инструменты, значит, сам дурак. Конечно, мне приятно осознавать, что все-таки я говорил правильно, и если бы Первоуральск сделал тогда выбор, который мы предлагали, то нашлись бы лучшие выходы из сложившейся ситуации, но это сложная территория. И я желаю городу удачи, потому что его уже много лет трясет от политической неразберихи.


А с поста вице-премьера я ушел по простой причине – слишком много было процедур, которые не давали оперативного принятия решения, а если его нет, то нет результата. Например, если я нанимаю к себе управленца на проект – генерального директора компании, и человек не справляется, то он должен уходить. Я не справился, значит, должен был уйти. Плохо, что до сих пор не появились личности, которые бы справлялись.

 

Как и личности с таким уровнем самокритики.

В.Б.: Да дело даже не в личностях, а в том, что чтобы пост был эффективен, у него должно быть больше инструментов.

 

Уйдя из политики, вы сосредоточились на бизнесе, расскажите, чего добились.

В.Б.: С того времени мы запустили очень много стартапов, много производств, усугубили свою стратегию, запустили производство товаров, тяжелых в логистике, в которой мы также активно продвигаемся, как уже сегодня говорят – на федеральном уровне.


Сколько компаний теперь входит в Brozex.

В.Б.: Это группа компаний, в которой много подразделений, я даже и не знаю, сколько их на самом деле. Укладываются они в сотню или нет.

 

Можете подробнее рассказать про ключевые направления.

В.Б.: Мы начинали с торговли строительными и отделочными материалами, хозтоварами, потом начали выбирать стратегию. Было несколько путей – уйти в магазины, заняться производством или логистикой. Так как магазины – это то, что мы не очень умеем делать, выбрали производство и логистику. И сейчас это компетенции, с которыми связаны все наши успехи.

 

Как вас коснулся кризис? У всех своя история.

В.Б.: На самом деле, история у всех одна. Денег стало резко меньше, и те компании, у которых были лишние расходы, сейчас мучаются. Были компании и откровенно неэффективные, они умирают. Что у нас? Самое обидное в кризисе, когда к тебе приходят выгодные предложения, а у тебя просто нет свободных денег. Потому что ты понимаешь – даже если они и есть, то не до покупок сегодня.

 

Я не занимаюсь спортом, но много хожу, даже купил шагомер. Если на завод приезжаю на служебной машине, оставляю ее на проходной, чтобы пройтись пешком. Сотрудники удивляются: сокращаем расходы, а я прошу положить асфальт на моем длинном пути. Что поделать – пачкаются ботинки.

 

Потому что неизвестно на что они потребуются завтра?

В.Б.: Мы знаем, на что они потребуются. Сегодня мы уже видим, что примерно происходит. Я говорил, что не все перезимуют. Перезимовали почти все, но, похоже, засушливое лето мало кто перенесет. Если сейчас не сбросят дождь денег.

 

А откуда может быть дождь денег?

В.Б.: Печатный станок. Банковские кредиты. Мы уже переживали два кризиса, один в 1998, другой в 2008, в первом кризисе была большая девальвация, рубль обесценился в 3 раза, а в 2008 мы увидели проблему отсутствия денег, отсутствия ликвидности. Самое страшное, что сегодняшний кризис с двумя векторами. Я всем говорю – мы умеем работать в инфляции, когда каждый день все дорожает. Но очень сложно работать на рынке, на котором нет денег, на котором вообще не платят за товар. Ну, я надеюсь, что наши руководители страны понимают, что делают. 


Вы как, оптимистично смотрите?

В.Б.: Нет, оптимизма нет, потому что многие вещи можно было бы уже сегодня сделать, а они не делаются. И я думаю, что будет только хуже – до июля, до сентября, а потом, когда пройдут массовые увольнения, начнут говорить, что надо поддерживать экономику. И начнут поддерживать ее, но выживут не все. Я бы очень хотел, чтобы все вернулось в прошлую весну, в Украине не случился Майдан, мы не забрали Крым. Мы, как жесткие генеральные директора, понимаем, что если бы Янукович повел себя более жестко, а не смалодушничал, то не получил бы большие проблемы.

 

В такой ситуации не пропало желание народу помогать?

В.Б.: Если бы пропало, я бы уже сокращал людей, а пока никого не уволил. Знаете, сейчас, когда приходят благотворители и просят 120 тысяч рублей на какой-то проект, я говорю – не вопрос, пойдемте на склад, я вам покажу двух людей, которым вы сможете объяснить, что они 3 месяца не будут кормить свою семью. Если вы их убеждаете – по рукам. Сегодня не время концертов, а время работы.

 

В прошлом году вы даже не отмечали свой день рождения традиционно фестивалем фейерверков. Расскажите, откуда вообще желание так широко праздновать.

В.Б.: Я начал эту традицию еще с мэрствования в Березовском, но мне не перед кем стыдиться – я всегда делал это полностью на свои деньги. Классно же, когда к тебе на день рождения могут прийти 10-15 тысяч человек. Правда, холодно на мой день рождения, люди, наверное, думали, лучше бы он 8 июля родился. Я эту идею, на самом деле, придумал не сам, подсмотрел ее в Монако. Но у нас фестиваль был круче. Прошлой осенью не делали, потому что я уже, как старец, ходил и говорил – чума идет, а мне никто не верил. Неправильно устраивать пир во время чумы. Надеюсь, этой осенью сможем возобновить традицию.


Я экстраверт, стараюсь на все свои дни рождения устраивать что-то для людей, я от них питаюсь энергией. Когда работал в мэрии и занимался командообразованием, у меня день рождения длился 3 недели. Приходилось собирать людей по интересам. Все думали, что я отжигаю, а я планировал, кто с кем сидит, кто с кем летит, как и кого друг с другом свести. Мои помощники, наверное, с ума сходили, спасибо им. И вторая половина обижалась, говорила: это же должен быть наш праздник.

 

Вы вообще как-то говорили, что семья не для вас. Поменялось что-нибудь?

В.Б.: У меня хорошо работает мышление, я умею рубить дрова, а вот навык сохранить семью у меня хромает. Если это «Комната правды», то эту правду нужно вынести. Мне нравится одна фраза «Все хорошо – смотри в окно, все плохо – смотри в зеркало». Так как у меня в этом плохо, то мне нужно смотреть в зеркало. И я пытаюсь сглаживать углы, я точно стал другим, менее экспрессивным. Но я эгоист, поэтому женщинам, которые со мной были и есть, сложно. У меня есть теориятреугольника Мерседеса, в котором все сектора должны быть одинаковые – работа, хобби и семья. С хобби в моем случае все нормально (прим. ред. – Вячеслав занимается парусным спортом, участвует в бизнес-кубках), а вот семья зажата работой.

 

В том году, когда широкий праздник отменился, наверное, наконец, провели день рождения с самыми близкими?

В.Б.: Вообще-то я собирался все оставить и уехать в море на регату, но, к сожалению, заболел и провел день рождения совсем один в больнице.

 

Тоже хорошее время для перезагрузки.

В.Б.: О да, знаете, сколько я бумагподписал!

 

Фото: Алексей Пономарчук

Текст: Екатерина Логинова

 

Благодарим ресторан Dieciза помощь в организации съемки.

  



Смотрите также

Где, как не в кресле капитана авиалайнера, искать настоящих мужчин? Пилоты компании «Уральские авиалинии», подтвердив это предположение, оставили нас в самых растрепанных чувствах.

После семейной драмы экс-форвард «Финикса» канадец Жильбер Брюле решил пройти психотерапию уральским «Автомобилистом».

Комментарии (0)